Драма
Легендарный хореограф Боб Фосси и блистательная танцовщица Гвен Вердон вместе поставили десятки знаковых номеров и фактически перевернули Бродвей, задав ему новый ритм и стиль. Но по другую сторону софитов их союз был далёк от идеала: за кулисами
Молодая Розмари Вудхаус начинает замечать странности вокруг себя и все сильнее убеждается, что их приветливые соседи на деле связаны с сатанинским культом — и что их главный интерес вовсе не она, а ребенок, которого она носит под сердцем.
В маленьком городке Айовы в разгар 1930-х почти одновременно появляются двое приезжих: молодой пастор, который поднимает бедняков и зовёт их идти наперекор местным богачам, и дерзкий штрейкбрехер, нанятый теми же богатеями, чтобы сорвать его затею.
Мечта Лорел Хили пробиться в документальное кино дает сбой, и вместо съемок ей приходится идти работать на Капитолий — в команду собственного брата, сенатора от Мэриленда и главного «кнута» демократов. Но почти сразу она оказывается в эпицентре двух
Два детектива, которым непросто найти общий язык, объединяются ради одного дела — остановить серийного убийцу, чьи преступления тянутся сразу по обе стороны американо-мексиканской границы.
Лондон, 1920-е: после жестокого убийства богатой светской дамы Эмили Френч полиция быстро находит «удобного» подозреваемого — молодого авантюриста Леонарда Воула. Улики и показания домоправительницы складываются в версию, будто он расправился с
Монахини открывают новый дом своего ордена в Гималаях, но почти сразу натыкаются на враждебность местных жителей и понимают, что испытания ждут не только снаружи: каждой из них приходится разбираться с личными сомнениями и внутренними переломами.
Мелкий аферист Джеймс решает легко нажиться на пожилом пасторе и делает его своей новой целью, но очень быстро понимает, что ошибся адресом: за внешней безобидностью скрывается человек с характером и своими методами, и вскоре мошеннику приходится
Мужчина по прозвищу «Шестой» приходит в себя в странной «Деревне» и не может вспомнить, как здесь оказался. В этом закрытом поселении у людей вместо имён — одни номера, прошлое будто стёрто, а за каждым шагом следит невидимый контроль. Не понимая,